Японские христианки отлично пишут и премелодично поют
Марку Нисио, жене его Пелагее и тетке-язычнице, так любезно принявшим меня в доме, обещал прислать по книге; <...>. В половине восьмого утра простился с христианами в церковном доме и отправился с о. Матфеем в Хамамацу; братия проводили, несмотря на дождь, до железной дороги.
В половине девятого утра были уже в Хамамацу <...>. Шел все время дождь, и потому немногие пришли на железную дорогу встретить, а все ждали в церковном доме. Отслужена обедница и сказано поучение.
По метрике исследована Церковь: крещено 47: из них ныне в других местах 13, умерло 3; но здесь из других мест 11; итак, всего в Церкви 42; из них 4 в Какеука – 3 ри от Хамамацу (домов 700), и 3 в Аритама, 1 ½ ри от Хамамацу (то есть толстый добрый доктор с семейством). Сицудзи 2: Моисей Оота и Петр Кавай; жертвуют в месяц 3 ены; слушателей учения теперь 5–6; на богослужение собираются от 14 до 28 человек.
Было мужское собрание – кенкиу-квай, – обещали христиане собираться на него раз в месяц, и обещание исполняют. Женское собрание существует: собираются во второе воскресенье месяца; трое готовят кооги; все прочие прочитывают места из Священного Писания (что здесь новое сравнительно с другими Церквами); бывает на собраниях женщин 14–15, с детьми в том числе. <...>
В два часа было женское собрание. Я думал, что оно будет состоять из обычных женских кооги; оказалось, что здесь наготовили адресов, или наполовину адресов, наполовину чтений; принялись слушать все это; даже не кстати расчувствовался и в ответ доложил, что, мол, приехал в Японию по Воле Божией и в доказательство рассказал внезапное решение ехать и поступление в монашество.
Польза чтений та, что заметил, по крайней мере, двоих из здешнего женского персонала, которые могут участвовать в издании затеваемого нами женского религиозного журнала: старшая дочь врача Оота Ефросинья (18 лет) отлично пишет, учительница (кажется, Коода) умно говорит; речь последней, изложив, можно прямо печатать, сочинение первой – в чисто японском женском стиле украсит издание.
Согласно поручению учительниц нашей Суругадайской школы, просил здешних христианок непременно присылать свои сочинения для журнала; ныне же говорил, чтобы катехизатор Фома Оно, собрав читанные здесь сочинения, отослал к Павлу Накаи, в Токио, показать ему, какие здесь авторские силы; он будет очень обрадован сочинением Евфросиньи.
По выслушании речей и окончаний этой материи, настоятельно убеждал мужчин завести симбокквай, женщин тщательней вести свои собрания, – тех и других – старательно готовить кооги и прочее, как в других Церквах. Обещались исполнять.
Особенность этой Церкви – премелодичное пение; обучила Фотина, дочь о. Павла Сато, жена катехизатора Фомы Оно – сама когда-то отличная певица в Миссийском хоре; поют дочери Оота Евфросинья и Феодора (14 лет) и еще несколько женщин; мужской голос только один – Фомы Оно, который тоже весьма умело поет; поют совсем правильно, даже не полутонят.
До вечера прошло время в церковных разговорах. Между прочим, певчие просили послушать их пасхальное пение – и напрасно – плоховато пели.
Пришел Кирилл Ацуми, старшина деревни Хикумамура, лежащей чрез мост от Аритама; мирит теперь ссорящихся граждан, потом обещался постараться о введении христианства между ними; эта деревня может быть считаема за одно место с Аритама; другое место Какеука, третье Хамамацу; один катехизатор достаточен для распространения христианства во всех трех, если будет благоразумно распоряжаться временем.
Вечером отслужили вечерню.
Предполагал я еще побеседовать с христианами, но Фома Оно приглашал своих знакомых язычников прийти; пришли всего двое, третий – подросток; нечего делать, нужно было говорить для них – начальное учение; посадили их предо мной, все христиане тут же, и началась проповедь, длившаяся два часа: старик заснул, молодой уткнулся в землю – возможно, тоже спал; я, впрочем, бросил их из виду и говорил для христиан, которым тоже не неполезно повторять учение.
13/25 июля 1892. Понедельник.
Хамамацу.
