Начавшийся пост – время покаяния. Пастыри делятся опытом покаяния и прощения обид и говорят о том, как привлечь благодатную помощь Божию, чтобы обрести силы простить врага и тем самым исполнить свой христианский долг.

Как мне явился сатана

    

Митрополит Морфский Неофит (Масурас):

– Как-то раз я промыслительно оказался у отца Симеона в городе Ларнака на Кипре. Он был иконописцем. Но более того – он прозорливым был. Видел человека насквозь. Но по характерам мы оказались полными противоположностями. Я к тому же и молод тогда еще был… Так что, помню, авва терпеливо выжидал и не делал мне замечаний, и только лишь спустя 4 года впервые сказал мне об одном моем недостатке. Характер-то у меня резкий, гневливый. Так что понятно, почему старец не спешил мне делать замечаний…

Благодать меня покинула, и я оказался в лапах демона

Но однажды он всё-таки поговорил со мною чуть строже обычного. Я не вспылил, но обиделся. И 4 дня с духовником вообще не разговаривал. И знаете, почему я с ним заговорил? Потому что на четвертый день меня посетил сатана. Благодать меня покинула, и я оказался в лапах демона. Я чувствовал себя мурашкой и ощущал полную свою беспомощность, не только духовно, но и физически. В этот день мы праздновали память святого Спиридона, архиерея Кипрского. «Святой Спиридоне, сохрани меня, как ты хранил своих овец», – взмолился я. Он был пастухом, и я принял решение смириться, подобно овце. Это было очень важное решение для всей моей жизни. Святые-то нам помогают, но ближайшие наши помощники во образ им – духовники.

Я ощутил: смирение, тем более перед своим старцем, – это начало покаяния. Послушание старцу и смирение перед ним защищают от сатаны. Сердце освобождается от желаний, разум – от мыслей, и тогда ты вдруг понимаешь, что тебе нравится видеть свои недостатки! Не преимущества и хорошие такие черты в себе подмечать, которые, может быть, у тебя и есть, а именно страсти! У тебя даже тогда такой инстинкт охотника пробуждается.

А смысл-то знаете в чем? То, что мы видим в себе, умаляется в нас! Если видим в себе нечто хорошее, то, чтобы не возгордились, лишаемся своих положительных качеств. И это вам надо?! Это же начало искушений. Это мы сами себе, вопреки молитве Господней «…и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого», – напасти громоздим, приглашаем тангалашек, как их называл преподобный Паисий Святогорец, в свою жизнь. Да и из классиков святоотеческого жанра тот же святой Исаак Сирин говорил: «Хвалящийся монах предает себя в руки диавола». Если мы себя хвалим, то что же мы сами себе готовим? Выставляем самих себя на посрамление. Умный человек будет так себя истязать? Поэтому очень важно каяться, открывать свои грехи духовнику и так смиряться. А для начала научиться видеть в себе все эти изъяны, искривления, раны души. Иногда они такие зловонные, что тут же побежишь к врачу в епитрахили, чтобы он исцелил тебя, дал какую-то епитимью, как прижигание йодом.

Именно так, ключиком послушания, открывается дверь покаяния

Истинное покаяние познается и нами только в том случае, если мы начинаем свой путь со смиренного послушания своему старцу. Именно так, ключиком послушания, открывается дверь покаяния. А тогда ты уже входишь в такую глубь, что можешь получать от Господа подарки. Вот это самое интересное.

Я вот был также знаком со старцем Софронием (Сахаровым), русским эмигрантом, основателем монастыря Святого Иоанна Предтечи в Эссексе, Англия, сотаинником преподобного Силуана Афонского. Он мне советовал держать в уме имя человека, на которого я обижен или вообще испытываю любые отрицательные чувства: вражду, неприязнь, зависть, гнев, – и молиться о нем примерно следующими словами: «Христе, я прошу Тебя: прости Наталию, прости и меня. Христе, я прошу Тебя: просвети Наталию, просвети и меня. Христе, я прошу Тебя: помилуй Наталию, помилуй и меня…». Мы должны таким образом соединять в молитве Имя Христово с именами наших обидчиков. Потому что Господь есть Любовь. И всё, что соприкасается с Именем Христовым, очищается от всех, в том числе и нашими же страстями осуждения, клеветы, злобы привнесенных искажений, и освящается в нашем сердце и сознании, – так мы можем на практике приобретать дар любви к врагам (Мф. 5, 44). А иначе мы и не ученики Христовы, не христиане. Мы ученики кого-то совсем другого… Подмастерья-исказители. Однако если, так молясь, я замечаю, что отрицательное чувство не уходит, значит, моя молитва не услышана! Тогда я выписываю имена тех, с кем в общении у меня проблемы, и даю эти имена вместе со своим для молитвы другим людям – тем духовникам, кому я доверяю, – чтобы помолились они. И жду: что же дальше будет?..

Думаю, что вот это примирение во Христе с теми, кого мы склонны относить к своим врагам, – самая важная работа, которую должен совершать в своем сердце христианин. Иначе какие же мы христиане, и как мы можем говорить о любви, если мы не научились даже прощать? Но! Обольщаться тоже не надо. Сами по себе мы простить никого не можем. Мы же не можем заставить себя простить просто потому, что «так нужно». Значит, надо «через не хочу» начинать регулярную молитву об этом человеке. Имя Христово обладает колоссальной энергией, оно освящает всё и всех, кого мы соединяем с Ним, просвещает и наш мысленный космос, очищает его, и у нас на душе светлеет, и люди нам уже видятся куда как более прекрасными, и умными даже, нам с ними интересно становится хотя бы мысленно уже общаться, так мы примиряемся, и это примирение – которое, кстати, является необходимым перед каждым Причастием, а иначе нельзя причащаться, – благословляет наш сердечный мир. Это и есть тот «дух мирен», благодаря которому Господь спасает вокруг нас тысячи тех, кого мы сами бы были не прочь осудить. «Ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4, 12). Так давайте же спасаться! А не причащаться себе во осуждение. Потому-то и попускается столько смертей.

Я вас уверяю, если вы будете вот так молиться, как научил меня старец Софроний (Сахаров), то если у вас и были проблемы, допустим, с неким Григорием, то по молитве о нем, в соединении ваших имен с именем Христовым, этот ранее, как вам представлялось, обидчик превратится для вас из гиперпроблемы, мешавшей вам жить, в благословение Божие. Вы же сами потом и будете благодарить Бога: как же я много получил через этого человека! Вот молодец какой, что он нарисовался в моей жизни! Сколько бы я вообще не добрал и не понял, не будь этого, как я поначалу думал, проходимца!

Я лично знаю людей, совершивших прямо-таки духовное восхождение, которое они и начали с того, что стали всматриваться в свое собственное сердце, отыскивая в нем тех, с кем у них существуют какие-либо трения во взаимоотношениях. И они молились обо всех! Причем со временем погружались всё далее и далее в жизнь, перебирали прошлое, вспоминали, с кем когда-либо вообще у них были не то что серьезные конфликты, но и малейшие недомолвки, недопонимания, и они молились и о них, точно так же упоминая и свое имя, а главное – соединяя с именем Христовым. И их сердце, высвобождаясь из этих ржавых поганых тисков обременительных и таких тяжких на самом деле пререканий и взаимных недовольств, начинало сиять, точно ад взорван Христовой победой! Вот эта громогласная Пасха так вдохновляла их, что они уже жаждали этих фейерверков еще и еще, отыскивая самым тщательным образом топливо: где, с кем и когда они еще там за жизнь ругались?! Это становилось даже интересно: спалить весь этот балласт. Это невероятно освобождает. Молясь за всех, кому мы досадили сами или кто нам причинил когда-либо какую боль, мы можем, кроме всего прочего, отлично обуздывать ум наш смирением. А это же главная для спасения экипировка!

К духовной жизни всё применимо:
и математика, и литература, и основы военного дела

    

Протоиерей Валериан Кречетов, почетный настоятель Покровского храма и храма Новомучеников и исповедников Церкви Русской в Акулово:

– Вся наша жизнь исчисляется в экономическом аспекте. Но самое дорогое – это спасение души. А как можно достигнуть спасения? Только очистившись от грехов. А грехи прощает Господь. А прощает Он их тому, кто другим прощает. Помните, мы же каждый день молимся: «И остави нам долги наши, якоже и мы оставляем должником нашим». Значит, чем больше простишь, тем больше тебе простится. Поэтому нужно радоваться, если кто-то нас оскорбляет, – ты же так получаешь возможность его простить! Ты простишь, – и тебе простится. Простил – и тут же аванс на прощение себе заполучил. Вот уж точно: кто нас корит, тот нас добром дарит.

Простил – и тут же аванс на прощение себе заполучил

В основе всего лежит именно спасение души и такое, именно с любовью, христианское отношение ко всем. Человек всё-таки по образу и подобию Божию сотворен, и в глубине души каждого есть стремление к добру и совершенству. «Нужно учиться не мешать Богу», – как говорил митрополит Питирим (Нечаев).

А в отношении того, что происходит, я недавно еще такую притчу услышал:

«Жили два друга. Один друг рассердился и ударил другого по щеке. Тот, которого ударили, написал на песке: ‟Сегодня мой друг ударил меня”. Прошло некоторое время, и вдруг тот, кого ударили, стал тонуть. И тот, который ударил, забыв всё это, бросился и спас его. Тогда тот высек на камне: ‟Сегодня мой друг спас мне жизнь”».

Обиды нужно точно на песке писать, чтобы они развеивались. А доброе на камне высекать. Есть такое выражение: кто сделал тебе добро, запомни, а ты, если кому сделал добро, забудь об этом.

Обиды нужно точно на песке писать, чтобы они развеивались. А доброе на камне высекать

Наш святой адмирал Феодор Ушаков, знаете, что заповедовал своим близким? Первое – старайся всё делать сам. Второе: меньше спи. И третье: всю жизнь учись. У нас такая даже поговорка есть: век живи – век учись. Все, наверно, слышали. Да только продолжение мало кто помнит: век учись, как подобает жить. Не всему учись. У нас учатся всему, кроме того, что нужно. А вот прощать обиды – это наиважнейшая наука.

К несчастью, у нас от многих поговорок одни обрывки остались. Мне как-то один батюшка признался: «Прочитал вашу проповедь и был потрясен». Не моими, конечно, словами. А просто у нас вот на Прощеное воскресенье как обычно отвечают на просьбу о прощении? «Бог простит». Но это же только часть ответа! Полный ответ таков: «Да простит меня Бог, как я тебя прощаю». Извините, вот это ответственность! А не так, мол, отмахнуться: Бог простит. Да простит меня Бог, как я тебя прощаю. Так лишний раз и обижаться не захочешь, зная, под какую ответственность тебя эта фраза подведет.

А иначе, видимо, о таких безответственных прожигателях жизни Михаил Юрьевич Лермонтов писал:

Печально я гляжу на наше поколенье,
Его грядущее иль пусто, иль темно,
Меж тем под бременем познанья и сомненья
В бездействии состарится оно.

То есть под бременем познанья того, чего и знать-то не нужно, и в сомнении относительно того, что знать необходимо. Те же наши традиции, которые выхолащиваются в дошедших до нас осколках пословиц.

А насчет бездействия – так это Александр Сергеевич Пушкин хорошо написал. Помните, когда Татьяна Ларина в имение Онегина пришла поинтересоваться, на чем же вырос ее кумир? Она нашла несколько романов Байрона, где «современный человек был отражен довольно верно». И как же?

С его безнравственной душой,
Самолюбивой и сухой,
Мечтанью преданной безмерно,
С его озлобленным умом,
Кипящим в действии пустом.

Вот вся-то беда в том, что люди заняты пустым действием. Нельзя сказать, что вообще ничего не делают. Все сейчас чем-то очень заняты. А поинтересуйся, что у него за душой? «Я считаю так-то», – отвечает. «Простите, ничего ты не считаешь! За тебя всё уже посчитали. А ты просто услышал да принял, но оно не твое».

Господь попустил в мире действовать злу именно для того, чтобы человек делал выбор

Добро – изначально, но Господь попустил в мире действовать злу именно для того, чтобы человек делал выбор. Простить или не простить? Обижаться или не обижаться? Иначе же, если знаешь только что-то одно, а другого и не предполагается, получается, собственное твоё мнение в любом случае не твоё. Добро тоже не наше, оно Божие. Наш выбор всегда: от Бога мы дары принимаем или еще от кого другого? Чьи мы ученики?

www.pravoslavie.ru

Write A Comment