С восьми часов началось учительское заседание для составления расписания уроков на начинающуюся треть. Сделали это.
О. Сергий Глебов остается неисправимым в самопроизвольстве. Вместо того чтобы подавать пример трудолюбия и исполнения долга, он оказывается самым слабым в том и другом; тогда как всем учителям академистам – по пятнадцать уроков в неделю, он больше девяти не согласился взять; и кому бы, как не ему, русский язык преподавать, – он и того не взял на себя в третьем и четвертом курсе.
Учителя уж и не настаивали, я тоже; ничего не поделаешь с людьми, для которых закон не писан; только ссора выйдет, потому что, кстати, еще горд и раздражителен, а худой мир лучше доброй ссоры. Академисты-японцы оказываются более порядочными и резонными людьми и надежными помощниками, чем свой брат – единственный русский помощник-миссионер.
Наши ученики не распущены, а скорее не собраны, потому что ползут к нам оборыши, которые не годны в других школах
Учащиеся почти все собрались. Тем не менее всенощную сегодня пели трехголосно – регенты и причетники. Дмитрий Константинович Львовский утром приходил попросить, чтобы еще раз пропеть там. И пропели очень стройно.
Преподавая благословение по окончании службы, я уже не увидел половины семинаристов, тогда как вся женская школа сполна стройно стояла. А пришли и семинаристы в Церковь все, и пришли, и стали стройно.
Благодаря тому что я дал сегодня о. Роману нагоняй за безобразное столпение семинаристов кучкой, точно стадо овец, в дверях Собора – утром, когда пришли на панихиду по товарище. Так-то распущены у нас ученики! Впрочем, и не распущены, а скорее не собраны, потому что ползут к нам оборыши, которые не годны в других школах.
19/31 августа 1895. Суббота.
Фото: Священнослужители, собравшиеся в Токийской Миссии по случаю приезда в Японию священника Сергия Глебова (около 1890 г.). В центре первого ряда — святитель Николай. Справа от него — о. Сергий Глебов, сзади — регент Дмитрий Львовский.
Источник: hram-nikyaponsky.ru
