Психолог Лариса Мартынова: необходимо изменить отношение к абортам как к способу «решить проблему»

Член правления Центра поддержки семьи и материнства «Матуля», практикующий  психолог, старший преподаватель Минского областного института развития образования Лариса Аркадьевна Мартынова уже много лет работает с женщинами в ситуации репродуктивного выбора. Как волонтёр сама работает  на передовой  —  в женских консультациях, на телефоне доверия. Кроме того,  она инициирует проведение в МОИРО  обучающие семинары для психологов по проблеме оказания психологической помощи беременным женщинам в кризисной ситуации.  Насколько необходим этот вид консультирования и так ли он важен на самом деле, читайте в нашем интервью.

 — Лариса Аркадьевна, в 2014 году врачи получили право отказаться от проведения процедуры аборта. Есть мнение, что это поправка нарушает права женщин… Как Вы это прокомментируете?

— В 2014 году в Закон о здравоохранении было  внесено несколько   поправок. Одна из них — это позиция в статье 27: (http://www.pravo.by/document/?guid=3871&p0=V19302435). «Врач-специалист имеет право отказаться от проведения искусственного прерывания беременности, письменно уведомив об этом руководителя организации здравоохранения, если отказ непосредственно не угрожает жизни и (или) здоровью женщины. После получения письменного уведомления  врача-специалиста руководитель организации здравоохранения должен организовать женщине проведение искусственного прерывания беременности другим врачом-специалистом».

Эта поправка не отказывает женщине в праве сделать аборт. Эту услугу ей окажут в любом случае. Эта поправка  возвращает врачу его священное право «…не дам женщине абортивного пессария…», которое провозгласил Гиппократ. К сожалению, сегодня в клятве белорусского врача почти ничего не осталось от гиппократовской  идеи. Многие студенты, которые поступали в Медицинский университет, ведомые искренними мотивами спасать людей, переживают глубокий диссонанс между своими первоначальными этическими намерениями и содержанием некоторых «медицинских услуг» населению, которые они будут оказывать. Поправка действует уже четвертый год, но, как видите, аборты по-прежнему совершаются.

 — Вы руководите в Минском областном институте развития образования вот уже несколько лет  семинарами по подготовке специалистов к психологическому предабортному консультированию. Этот вид психологической помощи становится всё более востребованным в связи с соответствующими рекомендациями Министерства здравоохранения. В женских консультациях создаются специализированные кабинеты.  В чём целесообразность?

— Это не просто рекомендация! Это статья 27 в законе о здравоохранении! Главное предназначение предабортного консультирования – оказать помощь (психологическую, социальную, юридическую и др.) женщине, которая пришла к решению прервать беременность. На пустом месте такое решение не появляется! Всегда есть какие-то причины, которые вынуждают её прервать беременность. Я осуществляю этот вид консультирования с 2011 года, веду тщательный мониторинг причин аборта, социальной ситуации женщин и многих других факторов. На основании этих данных скажу вам так: никто никогда с женщиной глубоко и с сочувствием не говорит «об этом».  Женщина всегда, или почти всегда, остается наедине  с собой  в ситуации принятия решения об аборте, о своей дальнейшей жизни, с мыслями о потере ребенка.

Есть и глобальные задачи:  изменить отношение к абортам как способу «решить проблему»; уменьшить их количество  (ведь мы входим в десятку стран мира лидирующих по показателям соотношения аборты — количество родов и аборты — количество женщин детородного возраста); изменить отношение общества к человеку, еще не рожденному, но который имеет право на жизнь, и, между прочим, по некоторым нашим  юридическим законам признается, например,  как наследник.

Демографические причины: при стабильной системе предабортного консультирования, которую блюдут и администрация учреждения здравоохранения, и психологи, и врачи, где не игнорируют  обязательность консультации, процент сохранения беременности может быть 25%. Это дало бы нашей стране естественный прирост, который  у нас отрицательный с 90-х годов. Вот вам официальные данные за 2017 год. Представьте, девять с половиной миллионов (а точнее –  9 491 800 человек)  населения родили 102 556 детей. Всего-то!!! На 1 женщину детородного возраста приходится 1,54 ребенка. Коэффициент смертности (12,6) превышает коэффициент рождаемости (10,8). Сборник «Демографической ежегодник 2018» со статистикой  за 2017г. http://www.belstat.gov.by/ofitsialnaya-statistika/solialnaya-sfera/demografiya_2/metodologiya-otvetstvennye-za-informatsionnoe-s_2/index_10770/ . Вот цифры по абортам за последние два года: число абортов за 2017 год — 25,2 (двадцать пять тысяч двести абортов); за  2016 год — 27,5 (двадцать семь тысяч пятьсот).  Важный показатель – соотношение родов и абортов. За 2017 год  на 100 родов  пришлось 24,8 (двадцать четыре тысячи восемьсот абортов), в 2016 году было меньше — 23,5 (двадцать три тысячи пятьсот абортов). И количество женщин детородного возраста последние четыре года снижается с каждым годом примерно на 100-80 тысяч, то есть их становится меньше. Статистический ежегодник   2018, данные за 2017 год http://www.belstat.gov.by/upload/iblock/0be/0becfeb4ff8551d54808f25ebc33ca51.pdf

Около  60 % семей в Беларуси – однодетные.  Каждый следующий ребенок в семье воспринимается родителями как тот, кто ухудшает материальное благосостояние уже рожденных детей и самих родителей. Это издержки потребительского мышления современного человека, которое формирует производитель:  «Покупайте, покупайте!!! Мы же для вас это все производим!!!». Это подтверждает рейтинг мотивов, по которому прерываются беременности. Мотив «приоритет других ценностей» очень сильный: «Я хочу дать все моему живущему ребенку, а следующий не позволит это сделать….».

Кстати, про рейтинг мотивов прерывания. По нашим исследованиям на первых  трех местах:

  1 —  мотив «приоритет других ценностей» (карьера, строительство жилья, «личная свобода», другие дети в семье  и т.д.) и мотив «жесткие репродуктивные установки» (одного ребенка достаточно для жизни и самореализации…).

2 — проблемы во взаимоотношениях с мужчиной (мужем, отцом ребенка).

3- мотивы «усталость от родительства», «давление ближайшего социального окружения» (муж, мать…) и «страх материально не справиться с ситуацией» и т.д.

При таком раскладе естественного прироста точно не будет —  только миграционный. Но и с прибытием мигрантов прирост в нашей стране отрицательный, это можно проанализировать по официальным данным Белстата (ссылка выше).

Этические и духовные причины тоже имеют значение. Зачатый ребенок не воспринимается обществом как уникальное существо, имеющее право на жизнь, как неповторимый замысел. 60% женщин не считают ребенка живым, ссылаются на медицинские интерпретации: «бластоциста», «эмбрион»…

Но самая главная суть предабортного консультирования – помочь женщине осознать причины происходящего, развести текущие трудности с проблемой, связанной с появлением ребенка, найти способы разрешения кризисной ситуации.

 — Что представляет собой такая консультация?

— Существуют многочисленные мифы о сути консультирования. Многие видят ее как «инквизицию». Ничего подобного.  В конце консультирования на вопрос «Как вы считаете, была ли эта встреча полезна для вас? Нужны ли такие консультации женщинам перед абортом?» 90 % женщин отвечают «конечно да!», «обязательно»,  8% говорят «наверное, да», 2 % говорят «не знаю». Вы знаете, я консультировала  перед абортом женщин – своих коллег, то есть психологов.  Они приходили с установкой «я сама себе психолог», были настроены скептически, и в конце консультирования признавали, что их мнение радикально изменилось, и они считают такую совместную работу очень важной.

Мы используем  апробированную и очень грамотную методику этого вида консультирования: цели, задачи, структура, способы поддержки. По сути, это беседа, стандартное интервью. Никакого давления — только понимание и поддержка. Основные составляющие консультации такие: установление контакта; сбор основных данных о социальной ситуации женщине, ее репродуктивной истории, причинах принятия решения о ребенке; анализ последствий аборта для женщины; поиск ресурсов; информирование о помощи; работа с сопутствующими проблемами; при необходимости привлечение специалистов (врачи, юристы, социальные работники…).

 — Психологи  из организации «Матуля» работают только внутри организации или ваши представители проводят предабортное консультирование в больницах и поликлиниках, работают ли они там на ставку или в качестве волонтеров?

— Работа нашего центра по предабортному консультированию началась в мае 2011 года в рамках пилотного проекта Минского городского комитета по здравоохранению «Предабортное консультирование». Волонтеры осуществляли консультирование в шести учреждениях здравоохранения г. Минска. Это были первые шаги и для нас и для города. Мы тесно взаимодействуем с Министерством здравоохранения.  Сейчас наши психологи-волонтеры осуществляют предабортное консультирование в четырех женских консультациях города и одном частном медицинском центре. Кроме того, к нам через телефоны доверия обращаются специалисты и направляют к нам на консультирование пациенток  из тех поликлиник, где в текущий момент нет психолога. Наши волонтеры консультируют вне своего рабочего времени, безвозмездно, абсолютно бесплатно. Это, кстати, очень многих удивляет, а некоторые не верят, что мы работаем «бесплатно».

В городских учреждениях здравоохранения есть психологи, которые успешно осваивают этот вид консультирования, вводятся ставки и в женские консультации, в городских поликлиниках №10, 23, 37 открыты кабинеты «За Жизнь», где предабортное консультирование осуществляется для направляемых женщин из 14 женских консультаций ближайших микрорайонов. С нового года планируется открытие еще несколько кабинетов «За Жизнь», которые охватят работой все женские консультации города. Конечно, многое предстоит сделать для совершенствования службы оказания психологической помощи беременным женщинам, чтобы увеличить процент сохранения беременности. Надеюсь, что когда-нибудь необходимость в нашей помощи отпадет, но пока много работы. И мы работаем безвозмездно.

 — Каковы цели проводимого вами консультирования: отговорить женщину от аборта, помочь осознать значение материнства и её нынешнего положения  или поддержать её выбор, какое бы решение она не приняла?

— Цель, как выше я уже говорила, это оказать помощь беременной женщине в трудной жизненной ситуации. Наша про-лайф позиция – за жизнь ребенка и жизнь женщины. Уважение, милосердие, сочувствие к женщине, раздвижение рамок видения ситуации, взгляд в будущее.  Женщина делает выбор сама. Мы идем за женщиной, а не тащим ее за собой. Вместе с ней ищем путь на территорию жизни, а не на территорию неосознанных травм. Сегодня огромное количество научных исследований рассказывает о сути и последствиях психологической травмы аборта. И то, что в нашем перечне болезней нет постабортного синдрома (ПАС), не отменяет того, что всякая женщина переживает последствия этой травмы: одна уходит в себя, другая доказывает свое право на аборт, третья мстит мужчине… К нам ведь обращаются женщины за психологической помощью в том числе и по поводу «потерянных  в аборте» детей. Здесь нам есть, что рассказать, поверьте. И ещё у нас есть своя про-чойс позиция:  защита ребёнка, который уже заявил о своём праве на жизнь. Ведь других защитников у него нет.

 — Как вы относитесь к перспективе запрета абортов? Каким способом, кроме запретов, можно сократить их количество?

— Бессмысленно говорить о моем отношении к запрету абортов. Есть смысл говорить о том, что ведет к желанию общества сделать это. Не хочу тратить время на первое, хочу отдать время, мне отведённое, на второе. «Мысли глобально, действуй локально!» – отличный девиз, которым мы руководствуемся в центре «Матуля».

Представьте, около 20 человек бесплатно, без корыстных целей (никакие западные фонды не хотят поддерживать такую деятельность. Интересно, а почему?):

— ежегодно консультируют около 400 женщин перед абортом (минимум  9% женщин сохраняют беременность и мы поддерживаем их различными видами актуальной помощи),

— оказывают психологическую поддержку по другим вопросам около 200 женщинам и мужчинам;

— работают  с более 200 обращениями за юридическим информированием различного характера;

— оказывают социальный патронаж беременных женщин и женщин с детьми;

— обеспечивают более 100 обращений с просьбой помощи детскими вещами, находят  коляски, кроватки и всё необходимое «приданое» для детей;

— 5-7 беременным женщинам с детьми помогают найти временный приют;

— для более 500 учащихся и студентов проводят интерактивные занятия по сохранению репродуктивного здоровья (совместно  с учреждениями образования и здравоохранения Минска и других регионов);

— совместно с Белорусским Государственным Медицинским университетом участвуют  в образовательных проектах для школьников по здоровому образу жизни;

— проводят  образовательные семинары для специалистов по проблемам психологического консультирования в ситуации репродуктивного выбора.

И многое другое. Посмотрите наши отчеты за год. Многие муниципальные организации не делают столько, сколько мы.

Действуя локально, оказывая помощь конкретным людям, можно изменить отношение к зачатой жизни как неприкосновенному дару.

 — Как вы работаете с женщинами, забеременевшими после изнасилования? Им вдвойне тяжело, и вам непросто.

— Надо понимать, что только 0,1-0,5% изнасилований заканчивается беременностью и только 1%  женщин принимают решение прервать ее. Это работа с жертвой насилия, с травмой.  Здесь важно отделить в сознании женщины самого ребенка от истории, которая с ней произошла. Над этим и работаем, помогаем женщине пережить это. Если женщина выбирает путь сохранения беременности, хочет нашей помощи и дальше, поддерживаем ее. С такой истории началась социальная работа нашего центра. Студентка одного из минских вузов обратилась к нам за помощью. Малыш и мама в порядке.

— А как поступаете в случае с подростковой беременностью?

— В ситуации беременности подростка  работаем со всей семьей, точнее с двумя семьями. Выявляем их видение, намерения. Эта работа  больше похожа на медиацию, переговоры.  Недавно руководители нашей организации, два психолога и юрист встречались с семьями мальчика и девочки. У нас есть много историй сохранения беременности несовершеннолетних девочек с позитивным развитием событий. Кстати, родители девочек часто сами признают, что прерывание беременности в этом возрасте в большей степени чревато последствиями для репродуктивного здоровья, чем ранние роды. Согласно исследованиям,  90 %  подростковых беременностей наступает в результате контакта со взрослыми мужчинами из ближайшего социального окружения девочки. Тут есть над чем задуматься всему обществу. Есть примеры сотрудничества  в этом вопросе нашего центра с учреждениями здравоохранения и социальными службами.

 — Лариса, по Вашему мнению, почему в настоящее время вопрос абортов, предабортного консультирования, свободы выбора врачебной позиции получил такой большой резонанс? Казалось бы, с женщиной беседует грамотный специалист, который помогает ей принять взвешенное решение. Почему же не утихают споры?

 —  Потому что люди в этом вопросе разбились на два лагеря. Первый — противники абортов, реально верующие люди, которые убеждены, что нельзя убивать детей в утробе, что никаких «культурных» аргументов на этот счет быть не может. Жизнь человека бесценна. Деньгами ничто не измеришь. Это позиция называется «про-лайф»

Второй лагерь выступает за  право выбора  — «про-чойс». Все представители этой точки зрения пидерживаются проевропейских позиций. Они вовлечены в различные проекты, которые двигают западные ценности в восточные страны. Это хорошие деньги и не всегда «нехорошие проекты». Но часто они направлены на демографическое сдеживание через образование женщин и девочек, в первую очередь, вообще молодежи. Многие чиновники вовлечены в такие проекты и обеспечивают их продвижение в сферу образования, медицины, в социальную сферу, получают финподдержку. Я уверена, что они искренне верят, что эти западные идеи большое благо. Но им не хватает проективных способностей, а иногда и патриотизма, чтобы посмотреть, что будет дальше от таких проектов в нашей стране.

Кроме того, аборты приносят колоссальный доход фармацевтическим компаниям.  Большинство абортов делается в частных медицинских  центрах. Развиваются они, оснащаются за счет доходов от абортов. Вот вам слова главного гинеколога (не скажу какого) одного  частного центра: «Учредитель сделал мне замечание, почему я закрыла несколько позиций врачей, делающих аборты. Ведь именно за счет доходов от этих позиций мы можем приобрести новое оборудование для эко- и икси-процедур….». Примеров могу привести много.

Такое ощущение, что у нас нет стратегов-демографов, нет политиков, зрящих далеко и понимающих как действовать с западными агентами, реализующими программы демографического сдерживания. Вот вам пример программного документа, который позиционирует ЮНПФА, его, видимо, мало кто читал из наших чиновников http://www.unfpa.org/sites/default/files/pub-pdf/RU-SWOP14-Report%20Rev-Web-update%2024%20Nov.pdf

Его содержание во многих позициях, не то что противоречит нашему закону о демографической безопасности,  оно как диверсия! Когда я штудировала этот документ, я была потрясена. А ведь эта организация имеет колоссальный капитал и активно действует в нашей стране. В России критически отнеслись к таким проектам ещё несколько лет назад. А где же наш патриотизм?

Все знают, что аборты это плохо. Но их будут продвигать, защищать все те, кто имеет от этого хоть какие-то деньги. Участвуя в проектах «Профилактика СПИДа», «Права женщин», «Гендерное равенство» и т.д. многие и   не подозревают, от какого пирога отщипывают кусок. Это будет длиться долго. Никак тут не обойтись без геополитического мышления, без анализа  демографической перспективы, без простой человеческой смелости… А я со своими коллегами буду помогать беременным женщинам, попавшим в трудную ситуацию. Будем вместе искать выход, сохраняя жизнь маме и малышу.

 — Благодарю за содержательный ответ и основательную позицию.